Tags: практическая история

И еще раз о Вдовине: план Даллеса существовал!

Давече я разбирал полемику, возникшую в Центре проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования по поводу учебника Барсенкова, Вдовина и преподавания истории в целом. В частности, в круглом столе принял участие один из авторов учебника А.И. Вдовин, который отстаивал собственное право на видение истории и написание учебника с государственнических позиций: "Навешиваются ярлыки о том, что это просоветский, прокоммунистический и просталинский, само собой разумеется, учебник. Мы не являемся сталинистами, мы просто пытались найти в нашем историческом прошлом те реальные достижения, которые были у страны за годы советской власти". Весьма странная позиция для историка из МГУ: писать вузовский учебник с целью представить достижения советской эпохи, а не отразить эволюцию советского государства и общества (последнее не отрицает первого, просто акценты разные: одни хороши для публицистики, другие - для нормального учебного пособия). Причем обвинения в прокоммунистических взглядах его столь сильно задели, что он не смог удержаться, дабы не повторить: "Нас критикуют и вдоль и поперек с либеральной точки зрения. Но в целом критикуют за просталинский, просоветский и прокоммунистический подход. Для критиков оказывается неприемлем государственнический подход, неприемлемо наше писательское право писать историю с точки зрения интересов государствообразующего народа". Весьма странный пассаж: ведь "просоветский, прокоммунистический" подход должен, по логике, содержать подход классовый, а вовсе не государственнический. Этатизация марксизма - наследние поздней советской системы, а в настоящее время именно КПРФ исповедует взгляды, представляющие собой дикую комбинацию марксизма-ленинизма с примитивным этатизмом (бедный Ленин - в гробу, наверное, круги набирает).
Может, сам Вдовин и не является сталинистом, может, даже беспартийный, но вот то, что он близок к коммунистической партии - отрицать сложно. Равно как и то, что его взгляды во многом совпадают с передовицами "Правды".  А потому не удивительно, что его "творение" испытало сильное влияние личных политических убеждений (что позволительно для монографии или статьи, но не простительно для учебника).
О том, насколько привержен профессор МГУ А.И. Вдовин принципу научной объективности и о его профессионализме в целом, полагаю, может свидетельствовать его другая публикация. На нее я наткнулся случайно, пролистывая один из официальных рупоров КПРФ, а именно журнал "Политическое просвещение" (2012. - № 3). Там опубликована статья "План Даллеса", "золотой миллиард и российские либералы-космополиты, в которой уважаемый и весьма известный ученый (А.И. Вдовин) пытается доказать достоверность плана Даллеса.
Любители советской истории могут не пугаться. Подлинника в архивных документах профессор представить не смог. Равно как и вообще какого-либо документа, подтверждающего (хотя бы косвенно) существование т.н. "плана". Более того, не смог он собрать и убедительных доказательств - читателям выложена лишь совокупность предположений, домыслов и непроверенных сведений (особо впечатляют цитаты журналистов, публицистов и поэтов).
О том, насколько данная статья является научной, свидетельствует ее справочный аппарат: большинство ссылок Вдовин делает на другие коммунистические рупоры типа "Советская Россия" и "Правда"; периодику, скажем мягко, не самого научного содержания (например, прохановская  "Завтра", "Московский комсомолец" или официозная "Красная звезда"), различные Интернет-публикации (от блогов до сайта "Фонда стратегической культуры", который представляет собой заповедник диких конспирологов различных мастей), а также низкопробную публицистику. Среди последних можно обнаружить, например, Шевякина А.П. "Загадка гибели СССР. История заговоров и предательств", О.М. Хлобустова "Доктрина Даллеса в действии", В.Л. Калашникова "Славянская цивилизация", а также известного многим О.А. Платонова (цитируется несколько раз) с его стенаниями по поводу великой Российской империи и сионистского заговора. Особенно порадовало следующее предложение: "Политический обозреватель газеты "Куранты" поэт А. Иванов наглядно продемонстрировал механизм превращения России в процветающую колонию". Лучшей ссылки, чем на поэта - политического обозревателя, найти сложно.
Говорить же об аргументации статьи не очень хочется - разбирать придется каждое предложение, поскольку автор прибегнул к очень распространенному способу манипуляции: в рамках общей логики (план Даллеса существовал и разрушил СССР) он объединил множество фактов, интерпретировал известные события, а также подверстал различные высказывания и цитаты из всевозможных газет и сайтов (нарушив тем самым принцип системности, а также исторического подхода). Отсылки "по авторитетному свидетельству", "имеются сведения", а также широкие цитаты других авторов как бы снимают прямую ответственность с А.И. Вдовина, при этом создавая иллюзию научности и объективности. Например, он любит цитировать различных антиглобалистов, а также такого известного русского философа А.А. Зиновьева, которые говорят вообще-то о другом, не о плане Даллеса, но их мысли представляются так, будто они в полной мере согласны с Вдовиным по этому вопросу. Более того, пересказывая Проханова, "историк" утверждает, что именно КГБ и Андропов начали разрушать СССР. Привести же более серьезные аргументы в защиту этого тезиса профессор даже не пытается. Он не доказывает, он рисует определенную картину мира, которая должна восприниматься читателями априори. Приняв на веру существование плана Даллеса, Вдовин не утрудился представить, как внешняя политика США согласовывалась с этим планом, а также ответить на простой вопрос: как можно разложить изнутри закрытую страну с мощной идеологией (не лучше ли искать внутренние причины, а не тайных врагов). Особенно радуют ссылки на мемуары и интервью особистов, которые приводятся с подтекстом: "Именно эти люди знали правду и теперь говорят ее нам".
В общем и целом, получается все очень и очень печально. И самое печальное то, что именно такие люди входят в стан патриотов, лишь дискритируя их. И если сейчас принято говорить о деградации высшей школы и гуманитарного образования, то после всего этого хочется сказать, что профессор А.И. Вдовин являет собой тому лучший и наиболее яркий пример.

Лесные пожары: 1914-2012 - новое есть позабытое старое

Вглядываться в прошлое - полезно. Полезно уже тем, что понимаешь, в каком обществе живешь сейчас.Какой исторический путь оно проделало. Или же не проделало. Листая подборки газет 1914 г., я не перестаю удивляться тому, что ряд проблем одинаково подымаются и дискутируются что тогда, что сейчас.
Раньше я уже писал о борьбе с пьянством посредством запретов. Теперь вот и другая тема - лесные пожары. Если убрать ряд стилевых особенностей, то этот кусок статьи С. Володимерова из "Земщины" за 2 июля 1914 г. можно смело поместить в современную "Комсомолку" или "МК":
"Вся Русь окутана дымом. Горят леса вокруг Петербурга, вокруг Москвы, Смоленска, Киева, Витебска, Риги, Твери и так далее без конца и края. Горят не только леса, горят торфяные луга и болота, горит сама земля, горят повсюду деревни, выгорают целыми селами по несколько сот дворов.....
Неужели и после настоящего лета центральная власть и земства не возьмутся за дело защиты наших лесов и торфяных лугов и болот от уничтожения огнем?  Неужели не будет выработано разумных правил борьбы с огненною стихией и предупреждения распространения огня в местнотях торфянистых и покрытых войными лесами?
Ведь лесные и торфяные пожары этого лета нанесли многомиллионные убытки государству и народу, часто непоправимые убытки, как убытки от гибеля торфянников....
Частные усилия тут ни к чему привести не могут. Средства борьбы, - обязательные широкие просеки и канавы, обязательный строгий надзор за беззаботными любителями костров, - все это может быть введено в жизнь только силою закона и при государственном масштабе выполнения.
Вся наша надежда на А.В. Кривошеина, - этого бдительного и энергичного управляющего государственным земельным хозяйством России.
Час пробил, медлить нельзя"

Посмотрите, как много общего! Это и сама проблема: леса, как горели, так и продолжают гореть; это и ряд предлагаемых средств борьбы; это и критика государства, что оно ничего не делает который год; это и возлагаемые на то же государство надежды; это и выделение одной личности - которая ведь "светлая и чистая", а потому способная разрешить эту проблему.

Научна ли история?

Я люблю историю. Я занимаюсь ею: пишу и публикую статьи, монографии. Однако как любой человек, связанный с историей, я не могу поставить вопроса о ее научности, вернее, о научности российского мейнстрима истории.
Непонятно, что конкретно изучает история. Да, поступит классический ответ - исторический процесс. Замечательно, супер. А что это такое? Ах да, деятельность человека, наложенная на временную шкалу. И здесь возникает первая (и ключевая) сложность: существует ряд наук, которые занимаются изучением деятельности человека. Борьба за власть - политология, поведенческие аспекты - психология, хозяйствование - экономика, отношения на международной арене - международные отношения, борьба за власть - политология. Каждая из этих наук выработала собственную методологию, собственные теории, принципы. И тут выясняется, что классическому историку не остается места, ведь научно судить о политической борьбе в период Первой мировой в России должен политолог (это у нас в России сформулировано извращенное представление, что о борьбе за власть может судить каждая старушка и каждый пьяница под забором; на Западе политология получила именно научное развитие: с мощной теоретической и методологической базой, с порою даже гипер вниманием к математическим методам; с активным заимствованиям из смежных дисциплин; я уже молчу о том, что ряд политологов по образованию получили Нобелевские премии по экономике), изучать экономические основы крепостного права - экономист (или же политэкономист), и т.д. Фактически мы можем говорить об истории чего-то, об опрокидывании современных наук в прошлое. А что делать историку, который не владеет в полной мере методами ни одной из этих наук? Ответ по поводу синтеза и общей эволюции не звучат убедительно: междисциплинарка вещь непростая, для нее нужна еще и (!) мощная философская база. И очень часто в реальности получается, что история у нас в России превращается в творчество "очкастых дядек и тетек", которые вооружившись здравым смыслом, историческим подходом, критическим анализом документов, начали судить о прошлом. Особенно смешно, когда не обладая должным личным социальным опытом (в библиотеках и архивах его не наживешь), они "с плеча рубят" таких великих деятелей своих эпох, как Петр 1, Витте или Столыпин. Лишь немногие задумываются над тем, что они могут узнать, а что - нет; какие теоретические предпосылки надо использовать; какие методы они используют, что позволяют увидеть эти методы, а что - нет; где есть погрешность исследования и пр.
Конечно, у истории есть собственная методология. Правда, она не адекватна для проведения экономического, социологического или политического анализа. Тем более она не адекватна для анализа развития исторического процесса в целом. Да и вообще: многие ли профессиональные историки занимаются изучением именно исторического процесса. Абсолютное большинство концентрируеются на излюбленных узких темах, а как развивается исторический процесс им побоку.
Все исторические методы хороши лишь для одного: реконструкции событий. Фактически история превращается в набор фактов, прекрасную эмпирическую базу для других наук, не более. Да, историки пытаются искать причинно-следственные связи, но большинство делают это в рамках ненаучной нарративной логики: что было раньше - причина, что было потом - следствие. Плюс немного своих рассуждений на тему. Ничего сложного: вот и готова научная статья (или монография). Если написать что-нибудь интересное на облложке - можно и деньги сорвать.
Конечно, не все поступают так. Есть немало работ, которые написаны с действительным применением методов других наук, в итоге получаются серьезные исследования. Но таких единицы. Кстати, мне импонирует советская историческая школа, где история имела ряд прочных общетеоретических и методологических основ, что имело и положительные результаты. К сожалению, господство одной методологии и слишком костное ее понимание частенько пораждали абсурдные по содержанию труды....
И опять же: смысл науки в том, чтобы создавать новое знание, актуальное для современности. Конечно, историки любят постулировать, дескать без знания прошлого не познаешь будущее. Но вот каким образом объяснить настоящее или предсказать будущее через вглядывание в прошлое, они не сказали: как выработать строгую научную методологию, чтобы делать такие переходы. Максимум на что историки способны: проводить аналогии (не задаваясь, при этом вопросом: а уместны ли они?). Но это не наука. На этом арсенал традиционного отечественного историка исчерпан. Ведь даже интуитивно всем понятно, чтобы понять настоящее надо в первую очередь всматриваться в настоящее (а на этом поле действуют многие науки). Я уже молчу, что ведь помимо сложных теоретических конструкций нужно знать как прошлое, так и настоящее (а последнее есть беда многих традиционных историков). Конечно, все мы понимаем: знать историю полезно, она должна что-то объяснять. Но вот установить теоретически обоснованную связь (которая покоится на большем, чем "я так вижу") между прошлым и настоящим смогли лишь единицы. И практически все они - вовсе не классические историки. В первую очередь это гениальный Маркс. Среди других - наш экономист Кондратьев с его "длинными циклами". Из историков можно вспомнить Тойнби. Но все это - гениальные (или очень выдающиеся) люди. Большинство же историков на создание таких интеллектуальных продуктов не способно, и судя по всему, и не стремится к этому (хотя и возмущаются, почему им там мало платят - ни один хороший экономист или социолог не выскажет таких заявлений, что показательно).
В итоге, мы получаем:
а) историки подходят к истории без специальных методов анализа, тем самым занимаясь механической реконструкцией событий, а не действительным анализом (производимый анализ надо ставить под сомнение ввиду не знание методологии специальных дисциплин), однако это очень полезно для других наук;
б) получаемые традиционными историками знания во многом оказываются для нас бесполезны, т.к. мы пока еще не ответили на вопрос: как их можно адекватно применить к современности (этот вопрос требует научной и методологической разработки, а не поверхностного ответа).
P.S. Конечно, далеко не все историки соответствуют описанному выше. Есть и приятные исключения. Но их у нас в России мало.
P.P.S Плюс история может выполнять и другую важную для страны функцию: идеологическую и воспитание патриотизма (а также составлять основу коллективной памяти), однако для этого (по большому счету) не нужны серьезные и глубокие исследования (зачастую, они опасны) - достаточно мифов. Большинство историков на это не согласно.

Коммерциализация истории

Каждая наука должна быть полезна обществу и востребована им, и в этом плане история не должна быть исключением. В современном мире один из показателей востребованности – приносимый доход. Безусловно, я не хочу сводить полезность исключительно к денежному выражению, однако давайте задумаемся: мы ведь готовы платить за то, что нам нужно, важно и полезно. Так, каждый день мы покупаем хлеб, платим за бензин. Физики или химики могут получать огромные деньги, если они работают на производствах, создают новые продукты и технологии. Социологи зарабатывают немало в своих центрах, изучая общественное мнение. Я молчу о миллионных гонорарах политтехнологов, которые они получают в ходе предвыборных компаний. А где же может заработать историк? Вот примерный список того, как история может быть использована с пользой для общества и с доходом носителя исторического знания.
Первое. Генеалогия и вообще все, что может быть связано с исследованием истории отдельной семьи. Речь может идти, например, не только о генеалогических родах, но и о судьбе отдельного человека, особенно если речь идет о военном времени.
Второе. Преподавание (школа, вуз, репетиторство). Это, пожалуй, наиболее тривиальный метод заработать на истории, думаю, на нем нет смысла долго останавливаться. Стоит только отметить, что было бы идеально, чтобы преподаватель-историк понимал ту ответственность, которая лежит на нем. И зачитывал не набор фактов, а учил людей задумываться над тем, что есть исторический процесс, какие выводы мы можем сделать из тех или иных ситуаций. В этом плане история может (и должна) использоваться для повышения качества человеческого капитала в стране.
Третье. Издание исторической литературы. Здесь вопрос, конечно, спорный с точки зрения заработка, т.к. серьезную историческую литературу у нас покупают мало, а массово интерес существует лишь к отдельным «избранным» темам. Лучше дело обстоит с отдельными журналами и газетами, которые готовы платить авторам за интересные исторические статьи. Но таковых не так много (оплата может варьироваться от нескольких сот рублей в обычной региональной газете до 15 – 20 тыс. рублей за материал в федеральный исторический журнал). Как говорил один мой знакомый, у нас платят либо за фальсификацию истории либо за борьбу с ней.
Четвертое. Музеи, архивы. Здесь особо не заработаешь в наших условиях, но в музеях и архивах тоже нужны историки. Иначе как без них?
Пятое. Реконструкторское движение. На западе крупные реконструкторские фестивали собирают десятки тысяч людей, что, безусловно, окупается и приносит немалый доход.
Шестое. Историческое консультирование. Специалисты в области истории могут быть полезны для коллекционеров (например, монет, банкнот и пр.), режиссеров (если снимают исторические фильмы), при организации праздничных парадов. Более того, есть отдельное направление по сохранению историко-культурных ценностей, которым занимаются специальные органы государственной власти.
Седьмое. Идеология. В принципе, знание истории может быть полезным для пиар-компаний, а также в контексте продуманной идеологической политики (что отсутствует в нашем государстве). Единственное исключение – Великая Отечественная война. Из государственных закромов под эту тему выделяются немалые деньги, связанные с празднование Победы, популяризации подвигов. В целом, память о 9 мая стало частью современной идентичности. Более того, на международном поле организована активная кампания против пересмотра результатов Второй мировой в некоторых странах Восточной Европы и Прибалтики (на этой ниве, например, трудится А. Дюков).
Восьмое. Фундаментальные гуманитарные исследования. Не секрет, что органы государственной власти ежегодно выделяют множество грантов на проведение тех или иных исследований, правда, области политологии, социологии, международных отношений. Иногда в этих рамках бывают нужны и историки.
Десятое. Экскурсии. Конечно, для этого необходимо эксплуатировать интерес людей к тем или иным местам. Например, в Калининградской области (особенно в 1990-е гг.) активно использовались немцы, которые либо жили в Восточной Пруссии до 1945 г., либо их потомки. Также приезжает из России немало и тех, кто интересует нацистским прошлым региона. Конечно, последнее не есть с точки зрения идеологии "хорошо", но все же - тоже интерес к истории.

Возможно, этот список можно расширить. В любом случае в настоящее время перед сообществом историков стоит весьма большая проблема, связанная с тем, чтобы повысить ценность исторического знания, как в глазах населения, так и в глазах элит. К сожалению, ныне лишь система образования формирует смыслы для большинства людей (в возрасте от 16 до 19 лет) знать историю. Чтобы поступить на большинство гуманитарных специальностей нужно сдать историю, а потому многим приходится усердно готовиться, нанимать репетиторов. Правда, получаемые таким образом знания не носят системного характера и быстро исчезают. Чем больше простые люди и власть будут ценить историю, тем больше люди будут покупать исторические исследования, ездить на реконструкторские фестивали, ходить в музеи, а власти будут как выделять деньги на развитие исторической науки, так и привлекать историков к проведению фундаментальных гуманитарных исследований, результаты которых будут определять отдельные направления государственной политики.
Без крупных затрат на специальные пиаркампании это не возможно сделать. Но они могут лечь на плечи не только государства, но и бизнеса, который может понять, что история в отдельных аспектах может стать прибыльной. Например, можно сделать ценностью знание истории своего рода, чтобы люди обращались за помощью к специалистам в области генеалогии в поисках своих корней. Можно развивать туризм: например, сочетать те или иных виды отдыха с историческим туризмом.
Можно придумать более сложные ходы: например, воссоздать средневековый город и жизнь в нем. Хотите окунуться в русское средневековье? Пожалуйста. В Калининградской области можно сочетать отдых на том же озере Виштынец с масштабными реконструкциями: в относительной близости происходили крупные бои Первой мировой войны. Можно вспомнить одновременно и более "старые" времена: орденскую Пруссию и проводить рыцарские реконструкции.
В этом плане интересен пример отеля Нессельбек в пос. Орловка (Калининградская область). История здесь выполняет функцию "завлекаловки", но вместе с тем формируется интерес к ней. Отель выполнен в стиле орденского замка, имеется там хороший ресторан. Более того, по воскресеньям там проводятся рыцарские забавы: конные и пешие бои, стрельба из лука. Желающие могут примерить доспехи. Можно провести даже свадьбу в традициях средневекового рыцарства (при этом вместо лимузина использовать карету). Конечно, этот пример не идеален, но от него можно отталкиваться и дальше, чтобы выстраивать взаимовыгодное партнерство бизнеса и истории.

Зачем нужна история?

Этим щекотливым вопросом, думаю, задавался каждый историк. В этом плане биологам или инженерам легче: они разрабатывают новые технологии, которые могут сделать нашу экономику более конкурентоспособной. А какую пользу приносят мои статьи, где я исследую характер русского оккупационного режима в Восточной Пруссии в 1914 г.? причины поражения царской армии? Или кризиса самодержавия? Конечно, многие гуманитарии задавались вопросом об общественной пользе их труда. Подчеркиваю «общественной пользе», ибо ответ типа «чтобы знать историю» меня мало устраивает. Однако не со всеми гуманитарными науками так. Не думаю, что социолог, политолог, экономист или специалист-международник хоть раз ставил под сомнение важность своей профессии, востребованность на современном рынке труда и тем более ее значимость для общества. А что же может сказать историк? Если обоснование важности может придумать каждый (хотя не всегда с ним согласятся остальные), то вот спрос (почти что его отсутствие) на научные исторические знания демонстрирует с жестокой убедительностью: она мало кому нужна в реальном мире.

В целом, в ответе на поставленный вопрос можно выделить следующие пункты:

Во-первых, из праздного любопытства. История (или хотя бы историческое краеведение) будет существовать всегда уже из-за тяги человека знать, что было до него в том городе, где он родился, в том регионе, где он живет, в той стране, которой он служит. Хотя такое отношение к истории зачастую - увы - не требует научного подхода, однако становится базой для развития исторического туризма, различных музеев. Весьма прибыльной может стать и генеалогия. В целом, при должной организации весьма серьезные доходы может приносить и реконструкторское движение, если оно находит выражение в крупных фестивалях, на которые приезжают десятки тысяч зрителей. Отмечу и то, что многие научные исторические работы также пишутся из любопытства и желания установить историческую истину. Правда, на этом деньги вряд ли сделаешь.

Во-вторых, история будет всегда необходима как средство национальной идентичности. Коллективная память об общем прошлом, а также сохраненные традиции есть мощнейший интегратор общества. Их утрата - первый шаг к серьезному социальному кризису. Таким образом, история превращается в инструмент в руках государства или другого политического института, стремящегося консолидировать общество в целом или отдельные его группы. В последнем случае речь, правда, может идти об отдельных автономиях, лидеры которых будут использовать память о прошлом (обязательно великом и независимом), чтобы стимулировать рост сепаратистских тенденций. Однако такой подход к истории также не требует обязательного научного изучения или понимания истории. Иногда (как мы видим на примере Прибалтики или современной Украины) необходимо кое-как подправить историческую память, чтобы она служила политическим целям. В итоге, мы получаем такие исторические опусы как Древнеукраинское государство.

В-третьих, история может выполнять классическую идеологическую функцию. Ее можно использовать для легитимации власти, создания образа врага и пр. История в таком случае превращается в набор символов, отрывочных фактов и утопает в постоянно меняющихся интерпретациях. Думаю, о научности нет даже смысла говорить. Более того, подобный подход может вредить поиску исторической истины.

В-четвертых, история может быть полезна в качестве некоей головоломки, упражнения для ума. Анализируя прошлое, человек учится мыслить более глубоко, абстрактно, замечать различные детали, искать взаимосвязи. Вот здесь уже необходима (в хорошем случае) хорошо проработанная методология. Правда, очень часто непрофессионалы (как и некоторые «дипломированные специалисты» и даже доктора наук) впадают в проведение аналогий между современностью и прошлым, забывая об историческом подходе, что приводит к некорректным сравнениям. Но в любом случае итогом становится повышения уровня саморефлексии в масштабах общества и умственного развития тех, кто подобные работы пишет или читает.

В-пятых, история с научной и практической точки зрения может быть полезна для выявления общих тенденций, закономерностей развития, проведения кросстемпорального сравнительного анализа. Здесь я Америки не открываю, но лишь замечу: подобными вещами в действительности занимаются лишь единицы. И обычно такие исследования проводятся в рамках междисциплинарного подхода. И здесь получается интересный вывод: история дает объяснение прошлого, но историк не может объяснять настоящего, ибо он не знает его. Для настоящего история становится в этом плане полезной только в руках представителей других наук (социологов, политологов, международников и пр.), которые "опродидывают" свои исследования в прошлое. В качестве примера можно привести советского экономиста Кондратьева, который на основе изучения экономической статистики за последние 150 лет вывел «длинные циклы» функционирования экономики в зависимости от технологического развития. Другой пример: К. Маркс, который на богатом (хотя иногда «немного слишком» вольно интерпретируемом) историческом материале смог обосновать свою теорию общественного развития: зависимости истории от развития средств производства.

К сожалению, выделенных в пятом пункте научных работ немного. Чуть больше тех, которые являются «упражнениями для ума», позволяют глубже понять тот или иной исторический срез, сделать выводы и провести аналогии (корректные или чаще - нет), но мало что дают для понимания исторического процесса как такового. Основная же масса исторических и около исторических работ - это первые три типа. Причем, весьма печально, что ныне на книжных прилавках не так много изданий, которые можно было бы отнести к тем, которые формируют национальную идентичность.

В итоге, получается, что история и историческая наука у нас по большей части варится в собственном соку - она становится «вещью-в-себе», нужной только авторам и нескольким десяткам читателей. Конечно, в рамках нарративной истории сложно отслеживать тенденции. Но к аналитической работе стоит приступать только после наработки солидной методологической и фактологической (описательной) базы, желательно совмещая с достижениями других наук и продумывая, каким образом результаты могут быть апробированы в реальности. Увы - этим занимаются лишь единицы.

http://oko-planet.su/history/historysng/128694-zachem-nuzhna-istoriya.html