kap1914 (kap1914) wrote,
kap1914
kap1914

Нереализованный проект генерал-губернаторства Восточной Пруссии (1914 г.)

В "Калининградских архивах" вышла еще одна моя статья, вернее, публикация документов из РГВИА, посвященных планам управления занятой части Восточной Пруссии в годы Первой мировой войны. Особый интерес представляют документы №№1-3 (решение о создании генерал-губернаторства), №6 (принцип кадровой политики), № 8 (рапорт предполагаемого губернатора генерала П.Г. Курлова о принципах управления), а также № 10 (отражает воззрения генерала Н.В. Рузского на то, как надо относиться к мирным жителям, этот документ свидетельствует об изменении отношения, когда проект генерал-губернаторства был отложен в сторону
)
Ниже размещаю вводную статью к материалам, а общий текст м можно прочитать по ссылке



В начале Первой мировой войны, стремясь захватить стратегическую инициативу, русское командование планировало силами Северо-Западного фронта генерала Я. Г. Жилинского1 разгромить 8-ю немецкую армию, занять Восточную Пруссию и тем самым выйти на оперативный простор. Уже 4 (17) августа 1-я армия генерала П. К. фон Ренненкампфа2 перешла границу, а через три дня одержала победу в сражении под Гумбинненом3. Дальнейшее продвижение войск Ренненкампфа и первоначальные успехи 2-й армии генерала А. В. Самсонова4 (наступала одновременно на юге провинции) породили надежду на скорую победу, что заставило задуматься об управлении занятыми территориями.

Первые институты управления, структурировавшие взаимоотношения с оставшимся населением, выстраивались по мере наступления. Так, в городах обычно из числа местных жителей назначался временный губернатор, нередко налагались контрибуции и брались заложники для обеспечения лояльности населения. Русское командование стремилось прежде всего установить порядок, преследуя как мародерствующих солдат, так и проявления враждебности со стороны немецких граждан. Проще это было сделать в городах, например в Инстербурге и Тильзите5, где, по свидетельству очевидцев, текла фактически мирная жизнь. Сложнее ситуация складывалась в сельской местности (которая в большей степени пострадала от мародерства), тем более на оставленных в тылу территориях. Неудивительно, что уже к 12 (25) августа генерал Ренненкампф подчинил ряд занятых районов Сувалкскому губернатору Н. Н. Куприянову6. Последний через главного начальника Двинского военного округа генерала А. Е. Чурина7 просил Министерство внутренних дел о присылке дополнительных полицейских и жандармских чинов [1, оп. 1, д. 143, л. 3, 5].

При этом на занятых территориях русские войска столкнулись с актами сопротивления: убийства следовавших одиночным порядком солдат, обстрелы штабных машин, порча телефонных кабелей и другие враждебные действия были не редкостью, что вызывало ответные меры. Вместе с тем говорить о каком-либо массовом насилии в отношении гражданского населения не приходится (случаи жестокости были единичными и зачастую являлись ответом на проявления враждебности, связанные с гибелью русских военных). Сильное влияние оказывали и массовые стереотипы: русские были склонны видеть в каждом немце патриота своей родины и шпиона, в то время как сами германцы зачастую боялись «русской непредсказуемости» и проявлений «азиатского варварства» [3; 6].

По мере развития наступления об управлении занятыми районами начали задумываться и на более высоком уровне. Так, 13 (26) августа в «Записке для памяти» генерал-квартирмейстер при верховном главнокомандующем генерал Ю. Н. Данилов8 отмечал: «Полевое управление армии ген. Самсонова… следовало бы реорганизовать по типу армии местного характера с подчинением ген. Самсонову всей Восточной Пруссии, из коей следовало бы образовать генерал-губернаторство, с подготовкой управления занятой территории уже теперь» [2, с. 281].

Однако генерал-губернатором был назначен генерал П. Г. Курлов9, который занимал весьма низкое положение, подчиняясь главному начальнику снабжений фронта генералу Н. А. Данилову10. В мемуарах П. Г. Курлов писал: «Я считал недопустимым введение чисто гражданского управления, а находил, что важнейшей моей обязанностью является обеспечение тыла и всевозможное содействие русским войскам. На месте я намеревался восстановить, если это окажется возможным, бывшие ранее органы управления» [4, с. 241].

Публикуемые ниже документы касаются обстоятельств, сопутствовавших назначению П. Г. Курлова, а также его планов по управлению создаваемым генерал-губернаторством. Весьма интересно, что работа над ними не была прекращена после поражения 2-й армии под Танненбергом. Генерал Я. Г. Жилинский 24 августа (6 сентября) на имя Верховного главнокомандующего великого князя Николая Николаевича11 представил временный штат военного генерал-губернаторства [1, оп. 1, д. 14, л. 19]. Было разработано и «Временное положение об управлении областями Пруссии, занятыми по праву войны». Основное внимание уделялось формированию органов временной администрации, а также пресечению потенциальной враждебной деятельности немцев. Хотя генерал П. Г. Курлов и отмечал, что польское население сельских районов относится к русским миролюбиво, этнический фактор не нашел отражения в предполагаемой структуре генерал-губернаторства. Последняя же, на наш взгляд, должна была привести к «полуручному стилю» управления.


Даже поспешное отступление 1-й армии к границе (которую она пересекла 1 (14) сентября) не поставило крест на разработке планов. В дальнейшем П. Г. Курлов внес некоторые изменения в предполагаемый штат генерал-губернаторства, а в октябре 1914 г. в штабе фронта все составленные ранее бумаги (временное положение и развернутая организационно-штатная структура) были подготовлены для утверждения императором [1, оп. 1, д. 143, л. 77—92].

В заключение отметим, что в октябре-ноябре 1914 г. русские войска вновь вошли в Восточную Пруссию, дойдя до крепости Летцен12 и р. Ангерапп. Однако отношение к мирным жителям изменилось, что отражает последний публикуемый документ за подписью нового главнокомандующего фронтом генерала Н. В. Рузского13. Надежд на быстрый успех более не питали, а прагматические аспекты лишь усилились. Проект генерал-губернаторства, видимо, отложили в сторону, а акцент сделали на пресечении враждебной деятельности (в определенной степени сказались и опыт августа-сентября, и антигерманская пропаганда) и большей экономической эксплуатации региона, в частности организации вывоза захваченного имущества (что офицерскими чинами нередко осуществлялось «стихийно»). Особый интерес вызывала оставленная сельскохозяйственная техника, которая стала предметом борьбы различных организаций и государственных учреждений. Инициативу проявили представители различных ведомств, губернских властей и общественных организаций, которые просили о безвозмездной передаче им тех или иных предметов. В штабе фронта задумались и об исполнении положений Женевской конвенции, поскольку не всё конфискуемое имущество попадало под определение «служащего для военных целей». Потому в январе 1915 г. было решено создать особую комиссию по распределению и использованию имущества, конфискованного в Восточной Пруссии, которая поставила бы процесс вывоза и распределения под контроль. Предполагалось продавать с аукциона те вещи, которые не могли служить потребностям армии, а вырученные деньги отдавать на благотворительность. Комиссия была образована при штабе Двинского военного округа 9 (22) февраля 1915 г., на следующий день после завершения тяжелейшего отступления 10-й армии, в ходе которого в августовских лесах погиб целый корпус [1, оп. 1, д. 136, л. 37, 40, 51, 70].

Публикуемые документы хранятся в фонде 2020 «Канцелярия главного начальника снабжений армий Северо-Западного фронта» Российского государственного военно-исторического архива (Москва). Ключевым является дело 143 (опись 1) под названием «Доклад и переписка об управлении областями Восточной Пруссии, занятой по праву войны. Временное положение об управлении Восточной Пруссии и областями Австро-Венгрии. Штаты управлений». Именно здесь и собраны основные материалы (рапорты, телеграммы, доклады, проекты, сметы), связанные с планами создания генерал-губернаторства. Документы находятся в хорошем состоянии (как правило, телеграммы в копиях, переписка внутри канцелярии — в оригинале). Для данной публикации отбирались документы, отражающие логику принятия решений и особенности отношения к мирному населению противника. По этой причине была включена телеграмма генерала Н. В. Рузского, определяющая основы отношения к немецким гражданам во время «второго наступления» в Восточной Пруссии (Ф. 2020. Оп.1. Д. 136 «Переписка об использовании имущества, конфискованного в Восточной Пруссии»).

Документы публикуются в хронологическом порядке. Орфография и пунктуация приведены к нормам современного русского литературного языка, явные опечатки исправлены, стилистика оригинала сохранена. Заголовки, за исключением оговоренных случаев, даны публикатором. Даты приводятся по старому стилю. Пропущенные слова или части слов заключены в квадратные скобки. В текстах телеграмм проставлены обозначенные словами или отсутствующие знаки препинания.

Вступительную статью и документы к публикации подготовил ведущий специалист научного отдела Российского военно-исторического общества К. А. Пахалюк.




Tags: Восточная Пруссия, Первая мировая война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments